Как Роберт Паттинсон стал одним из лучших актёров поколения

В начале века, особенно после выхода «Титаника», про Леонардо Ди Каприо стали писать что-то в духе: «О, да это же тот самый смазливый парнишка!». Должно было пройти несколько лет, чтобы общественное мнение изменилось. Надо сказать, такая история довольно типична: актёр, на заре карьеры сыгравший определённое количество схожих ролей, начинает ассоциироваться с одним образом. Злодей ли это или меланхоличный и не особенно разговорчивый положительный герой, неважно. Приходится доказывать, что ты умеешь намного больше, чем все думают.

Роберту Паттинсону, который прошёл схожий путь, сегодня исполнилось 40 лет – и это отличный повод вспомнить, как человек, которого весь мир когда-то воспринимал исключительно как того самого вампира из «Сумерек», сумел превратиться в одного из самых интересных и непредсказуемых актёров своего поколения. За последние годы его карьера только укрепила этот статус: после «Бэтмена» он продолжил балансировать между авторским кино и большими студийными проектами, снимаясь у режиссёров калибра Кристофера Нолана, Дени Вильнёва и Пон Джун-хо. Но обо всём по порядку.

Незаметный подросток с плохим поведением

Роберт родился в Лондоне, в обычной британской семье среднего класса. Мама актёра работала на модельное агентство, а отец занимался вывозом машин из США. В общем, богато никогда не жили, но денег на всё хватало. Школьные годы Паттинсон вспоминает без удовольствия. Он был стеснительным парнем – таковым и остаётся – и не пользовался популярностью у сверстников, в том числе и у девушек: «Я был очень скучным, даже занудным иногда. Таким средним, ничем не примечательным подростком. В школе видно звезд и лузеров. А всех остальных не видно. Меня не было видно». Помимо этого, Роберт постоянно раздражал учителей плохим поведением: например, однажды он принёс на урок живых улиток. В возрасте двенадцати лет его даже исключили из частной школы, когда выяснилось, что он крал порнографические журналы и распространял их среди обучающихся: «В детстве я постоянно крал порножурналы из магазинов. А однажды настолько оборзел, что вынес весь прилавок. Но в тот день меня поймал продавец с полным рюкзаком журналов и заставил выбирать – либо он звонит в полицию, либо моим родителям. После всего этого он позвонил еще и в мою школу и доложил о моем поведении. Меня исключили. Но моя любовь к воровству зародилась задолго до журналов – в детстве я часто тырил конфеты из дома. Я получаю кайф от этого».

Актёрство ради девочек

Где же среди всего этого затесалась любовь к актёрству? Скорее всего, «первое чувство» родилось практически сразу после зачисления в новую школу. Именно тогда Роберт захотел освоить нечто новое. По его словам, однажды, сидя с отцом в ресторане, он заметил группу симпатичных девочек, которые сказали ему, что обучаются актёрскому мастерству в местной школе. Парень «был слишком стеснительным, но после этого папа настоял», чтобы сын отправился туда. Согласитесь, весьма прозаичное начало истории успеха.

«Гарри Поттер» как билет в кино

Следующая глава – «Гарри Поттер и Кубок огня». Возможно, не самая выдающаяся часть поттерианы, но невероятно важная по двум причинам. Во-первых, с точки зрения развития сюжета – в её финале впервые материализовался Тот, Чьё Имя Нельзя Называть. Во-вторых, можно сказать, что именно эта картина является начальным пунктом кинотеатрального пути для Роберта Паттинсона. Британскому юноше довелось исполнить роль Седрика Диггори – студента Пуффендуя, капитана команды факультета по квиддичу и «сильного, ужасно привлекательного, но тихого» парня, погибшего во время окончания Турнира Трёх Волшебников. Не сказать, что это – невероятно глубокий и запоминающийся образ (мы исключаем людей, знающих наизусть каждую минуту и страницу, касающуюся мира Гарри Поттера), но лучше возможности для дебюта не найдёшь. Паттинсона замечают, вешают на него ярлык «будущего английского кинематографа» (на кого этот ярлык только не вешали) и ждут от юноши новых свершений. Вскоре они приходят.

Слава, от которой хотелось сбежать

«Сумерки» – настоящая глыба в мире подросткового фэнтези. В конце нулевых и начале десятых мимо них было невозможно пройти. Тот, кто учился в это время в школе, может вспомнить, у какого количества его одноклассниц были тетрадки, пеналы, дневники или наклейки с изображением главных героев фильма. Наверняка, таких было очень много. Спустя некоторое время над франшизой принято (заслуженно) посмеиваться: начиная со второй части, «Сумерки» становились всё более примитивными, в них всё хуже играли; и вообще всё выглядело как-то нелепо и смешно (ужасный финал – отдельная история). Единственный луч света – первый фильм, после которого все процессы пошли под откос.

Паттинсон начал смеяться над «Сумерками» в момент непосредственного участия в них. Ему не нравилась безумная популярность, свалившаяся на проект и на него, в частности. Роберт по-прежнему оставался тем же стеснительным парнем, которым и был в подростковом возрасте, не получающим удовлетворения от тысяч звонков, сообщений и преследования на улицах: «Сумерки» – это метафора добродетели целомудрия, но эффект сага имела совершенно противоположный. Я получал письма с содержанием вроде «я собираюсь убить себя, если ты не посмотришь со мной телевизор». Это уже сумасшествие». Паттинсон стал восприниматься исключительно как Эдвард Каллен. Кто-то – основано на личном опыте автора – даже говорил, что «он вообще-то и не очень хороший актёр». Люди, высказывавшие подобную точку зрения десять-двенадцать лет, видимо, не были достаточно осведомлены о том, что Роберт пытался распрощаться с популярными фильмами параллельно «Сумеркам», например, исполнив роль молодого Сальвадора Дали в «Отголосках прошлого»: «Я не хотел застрять в одно и той же роли, играя симпатичных школьников. Я знал, что превращусь в карикатуру. Роль Сальвадора Дали стала для меня поворотной. Это первая роль, которая требовала действительно серьезного осмысления».

Побег в авторское кино

К 2012 году, когда «Сумерки» довольно странно и нелепо завершились, актёр окончательно выбрал авторское кино. Уже были «Воды слонам!» и «Помни меня», вот-вот готовился выйти фильм Дэвида Кроненберга «Космополис», у которого Роберт впоследствии мелькнул в эпизодической роли в «Звёздной карте». Никаких больше любовных треугольников вампира, человека и оборотня. Никакого мейнстрима. Отныне – рыцари печального образа, герои с пустотой в глазах.

Актёр без амплуа

Впрочем, и на «пустоте в глазах» Роберт решил надолго не сосредотачиваться. Он пробовал новое: разные режиссёры (от Вернера Херцога до Клер Дени), разные жанры (от приключенческих боевиков до научной фантастики), разные персонажи (от смотрителя маяка до мелкого грабителя-неудачника). Отсутствие амплуа – вот сегодняшнее амплуа Паттинсона. По правде говоря, он убедителен почти везде. А возвращение к блокбастерам случилось непроизвольно. Трудно отказаться, когда тебя приглашает Кристофер Нолан – один из главных режиссёров современности (пусть в итоге и оказалось, что «Довод» – не самая лучшая его картина). И одновременно с началом работы с ним следует утверждение тебя на роль Бэтмена.

Идеальный Бэтмен своего времени

«Бэтмен» – не финальная точка в фильмографии нашего героя, а скорее момент окончательного признания. Брюса Уэйна решили пересобрать так же, как это сделал Роберт Паттинсон со своей карьерой. Приключения человека в костюме летучей мыши были готической сказкой, невыносимой клоунадой, реалистичным боевиком и теперь стали мрачной детективной историей в духе фильмов «Семь» и «Игра». Мы не видим историю становления главного героя, он уже – мститель в маске. Немногословный и мрачный, этакий Курт Кобейн от мира Готэма, актёр идеально соответствует образу. Сама картина, возможно, излишне мрачна и затянута, но эти вопросы следуют не в сторону актёрского состава.

Когда больше никому ничего не нужно доказывать

И главное – после «Бэтмена» Паттинсон не превратился в очередного актёра, навсегда прикованного к супергеройской франшизе. Напротив, он продолжил двигаться в том же направлении, которое когда-то помогло ему избавиться от ярлыка Эдварда Каллена. Роберт снялся в фантастической сатире «Микки 17», вновь доказав, насколько органично чувствует себя в странном, авторском и слегка безумном кино. Параллельно он успел поработать с Зендеей над «Драмой!», а также присоединился к двум крупнейшим проектам этого года – «Одиссее» Кристофера Нолана и третьей части «Дюны» Дени Вильнёва. Когда-то Паттинсон бежал от больших франшиз в независимое кино, чтобы доказать всем, что он способен на большее. Теперь же он возвращается в огромные студийные проекты уже в статусе актёра, которому ничего никому объяснять не нужно.

Теперь его невозможно упрекнуть в том, что он – плохой актёр: если вы так думаете, включите «Хорошее время» или «Высшее общество». Уверены, мнение изменится. Теперь никто не спрашивает, как его утвердили на роль Бэтмена. Он всем всё доказал.